Внук Ивана Франко трудился в торезской шахте

Роланд Франко у библиотеки им. Крупской, на стене которой имеется барельеф с изображением его знаменитого дедушки.

А любовью всей его жизни стала уроженка Константиновки

Иван Франко для Украины - имя знаковое: писатель, поэт, ученый, деятель революционного социалистического движения в Австро-Венгрии. Поэтому, узнав, что в Донецк вместе с другими киевскими деятелями культуры прибыл обсудить вопросы переноса единственного в Украине музея Василя Стуса из Горловки в столицу шахтерского края внук Ивана Яковлевича - ученый-инженер, дипломат, общественный деятель, глава правления Всеукраинского фонда воссоздания выдающихся памятников историко-архитектурного наследия имени О. Гончара, я, естественно, захотел с ним встретиться. Роланд Франко, которому недавно исполнилось 80 лет (поздравления по случаю юбилея передал и Виктор Янукович), спешил на мероприятие в библиотеку им. Крупской. Но для общения с корреспондентом «Донбасса» нашел время. А потом мы вместе прошлись по городу, где он был в последний раз около полувека назад.

В Донбассе заработал на фотоаппарат

Роланд Тарасович родился во Львове - в той самой комнате, где дед отошел в вечность. Сейчас в этом доме - музей его знаменитого предка.

- Меня тянуло к гуманитарным наукам, но мама сказала: «В литературе Иван Франко поработал уже за вас всех, так что о писательстве не думай! К тому же твой отец - филолог, сестра пошла «в литературу». Ищи свою дорогу. Стань, к примеру, инженером. Их девушки любят». Вскоре семья переехала в Киев. И я, окончив политехнический институт, действительно стал горным инженером. И хоть сразу после вуза пошел в науку, в шахту спускаться доводилось. Причем не где-нибудь, а в Донбассе, - признается Франко.

В 51-м, после первого курса, ему в течение двух месяцев выпало проходить практику в Чистяково (теперь - Торез).

- Нас  было четверо друзей из Киева. В шахте работали проходчиками. Восемь часов кряду уголек грузили, руки-ноги отваливались. Научился от живота бросать лопату с «черным золотом», - показывает он. - Запомнилось на всю жизнь. Заработал тогда 1,8 тысячи рублей. При повышенной стипендии в 350 - огромные деньги. Купил фотоаппарат, впервые летел на самолете - из Донецка в Киев.

А еще Роланда Тарасовича навсегда связала с нашим краем любовь всей его жизни.

Алла и Антарктида

С уроженкой Константиновки Аллочкой Шморгун он познакомился в Киеве.

- Эту красавицу-шатенку я впервые увидел неподалеку от оперного театра, - делится внук Франко. - Она пила сок возле гастронома. Подошел, познакомился. Разговорились. У меня к тому времени уже была машина,  я работал в институте автоматики. Почти все ребята рванули в Донбасс, где были солидные зарплаты. Я остался на меньшем окладе, зато в столице. Алла, учившаяся в институте иностранных языков, собиралась на практику в село. Я предложил подвезти. И пошло-поехало…

Отец его избранницы погиб в первые дни войны. Мама получила травму на стекольном заводе, была инвалидом.

- Я несколько раз ездил в Константиновку, уговаривал тещу перебраться в Киев, - продолжает Роланд Тарасович. - Под столицей в селе Красная Слободка купили ей домик. Нет уже ни ее, ни Аллочки…

47 лет они прожили вместе. Алла Петровна преподавала французский язык в Дипломатической академии и Институте международных отношений, он трудился в институтах - автоматики, аналитических приборов, международном научно-техническом университете. А с 1993 по 1996 гг. супруги жили в Лондоне, где Роланд Франко являлся советником по вопросам науки в посольстве Украины в Великобритании. Именно благодаря ему наша страна бесплатно получила от британского МИДа научно-исследовательскую станцию в Антарктиде, которая оценивалась в десятки миллионов долларов.

- Когда Великобритания решила продать станцию имени Фарадея, соответствующие письма разослали всем посольствам. Получив одно из них, я сразу связался с   нашей Академией наук: так и так, есть интересное предложение. В Киеве, конечно, загорелись: у Украины имелся огромный научный потенциал, а приложить его - некуда, - вспоминает Роланд Тарасович. - Вот только с деньгами у нас было туго. Я пошел в английский МИД, нашел человека, который занимался продажей этой станции. Его фамилия была Франк. Он когда узнал, что я Франко, даже рассмеялся: почти родственники. Я уговорил его поехать в Украину, пообщаться с нашими исследователями. Он признался, что деньги не имеют значения - главное, чтобы продолжались те работы, которые велись на станции ранее.

Благодаря настойчивости внука писателя нам отдали бесплатно не только помещение станции, но также всю аппаратуру и даже три резервуара с горючим. 18 декабря 1994 года над «Фарадеем» (теперь - им. Вернадского) был поднят флаг Украины. Позже наши зимовщики прислали Роланду Франко свое фото среди вечных льдов с подписью: «Крестному отцу станции».

Лик деда на купюрах и в Донецке

- Как вам Донецк после почти 50 лет разлуки? - поинтересовался я у Роланда Тарасовича, когда мы шли от здания облуправления культуры вверх, к библиотеке им. Крупской.

- Город разительно изменился, - качает он головой. - Жаль, этого не видит моя супруга. Она бы плакала от радости за свой родной край... Честно вам скажу, Донецк смотрится лучше, чем Киев. В столице  как-то неумело понатыкали эти высотки… У вас они тоже есть, но смотрятся вполне органично. А еще столько зелени! Никогда не скажешь, что это промышленный центр! И, конечно, поразил красавец-стадион «Донбасс Арена». Ничего подобного я раньше не видел.

- А как оно было, увидеть лик деда на 20-гривенной купюре?

- Странно, - смеется собеседник. - Всё не мог поначалу привыкнуть. В принципе, во многих странах на денежных купюрах размещают известных людей. Это нормально... Думаю, Иван Яковлевич того заслужил. Равно как иметь музей в Киеве, которого пока, увы, нет…

- Узнаёте дедушку? - интересуюсь, остановившись через дорогу от библиотеки им. Крупской и указывая на барельефы писателей, украшающих здание.

- Где? - удивляется внук Ивана Франко. А рассмотрев лик предка, прослезился. - Ну надо же… А я даже не знал, что он здесь есть…

Последний из прямых потомков-мужчин

Родословную свою Роланд Тарасович знает прекрасно.

- На четвертом курсе института профессор, узнав, что я внук Франко, вместо вопросов экзаменационного билета начал расспрашивать меня о нашей семье. Потом пожал мне руку и отдал зачетку с «пятеркой», - вспоминает он.

Иван Франко умер за 16 лет до рождения Роланда, так что о легендарном дедушке рассказывала родня.

- По словам отца, Иван Яковлевич любил рыбалку. Очень его привлекал сам процесс. Он даже разговаривал с рыбами: «Ух, ты, какая! Где спряталась! А ну-ка выходи!». Бабушка, Ольга Хоружинская, била по воде, форель подскакивала, дед ловил ее прямо руками. А я вот к рыбе безразличен. Да и к рыбалке тоже, - признается Роланд Тарасович. - Еще папа вспоминал, что когда Иван Франко писал, дети буквально обсаживали его. На коленях сидели, на руки лезли. Он очень добрым был. Если кто расшалится, больше наказывала бабушка…

Ее Роланд Тарасович помнит смутно. В последний раз видел бабушку, когда ему было лет семь. Она угощала внука вкуснейшим вареньем.

- В 40-м мы переехали в город Станислав, теперешний Ивано-Франковск, - продолжает внук писателя. - Бабушка же умерла почти сразу после того, как гитлеровцы оккупировали Львов. Мы с отцом начали пробираться туда. Но мост через Днестр оказался взорван, пришлось ехать окольными путями. Когда прибыли, ее уже похоронили...

У Ивана Франко было трое сыновей и дочь. Андрей умер в 26 лет. Тарас окончил Львовский университет, стал специалистом по латинскому и греческому языкам. Преподавал во Львове и Киеве, много сил положил на сохранение памяти об Иване Яковлевиче. Петр стал химиком, был одним из тех, кто в 1939-м поддержал присоединение Галиции (Западная Украина) к СССР. Избирался в Верховный Совет УССР. Пропал вскоре после начала войны: то ли сгинул в застенках НКВД (его якобы арестовали по подозрению в нелояльности), то ли попал под бомбежку.

- Дочь Ивана Яковлевича, Анна, посвятила себя медицине. Во время Первой мировой войны оказалась с госпиталем для сечевых стрельцов в Берлине. Там и нашла мужа-врача, взяв его фамилию Ключко, - продолжает Роланд Тарасович. - Он стал советником по вопросам медицины у президента Карпатской Украины, самопровозглашенного в марте 1939-го на территории тогдашней Чехо-словакии. За что после прихода Советов и оказался в тюрьме, где провел полгода. Анна Ивановна через американского посла передала просьбу Сталину отпустить ее и мужа. И тот дал «добро». Они уехали в Канаду, где через несколько месяцев муж тети скончался. Она же прожила за океаном долгую жизнь (ее не стало в 96), несколько раз наведалась в СССР. В том числе приехала к моему тяжело больному отцу, который при ней и умер. Ее потомки сюда не вернулись...

Андрей детей не оставил, у Петра не было сыновей, Анна жила под фамилией мужа. Вся надежда была на Тараса. И когда после двух девочек у него, наконец, родился мальчик, он назвал его Роландом - в честь героя французского эпоса «Песнь о Роланде».

Старшая сестра Роланда Тарасовича - Зиновья, языковед, работавшая в Академии наук, уже умерла. Оба ее сына получили высшее математическое образование. Вторая сестра, незамужняя Любовь, многие годы трудилась в редакции «Украинской Советской Энциклопедии». Она и брат - единственные оставшиеся в живых прямые наследники с фамилией Франко.

- Мы с женой очень хотели ребеночка. Жаль, Бог не дал. Мог быть мальчик, но умер при родах. Беременность была очень тяжелая, я боялся потерять супругу. Больше на деток мы не решились. А теперь и Аллочки нет, - вздыхает он. - Похоронена на Байковом кладбище. Получается, на мне мужская династия Франко закончилась.


Андрей Кривцун. Фото автора.
Читайте также: