Донбасские реалии: война войной, а перегар на всю излучину

Донбасские реалии: война войной, а перегар на всю излучину

Растут на яблоне огурчики

Ну и хитрая же бестия - огуречная тля. Атаковала растения, когда начался сбор урожая, что напрочь исключало применение ядохимикатов. Пришлось воспользоваться рекомендацией приятеля-агронома и обработать грядку соляным раствором. Спустя три дня после операции, приятель вышел на связь. Судя по его бодренькому тону, он, как минимум, рассчитывал на самую горячую благодарность с моей стороны:

- Как себя чувствуют наши вредители?

- Никак. Передохли все до последнего рахита.

- А огурцы?

- Тоже приказали долго жить.

- Странно, - пробормотал приятель. - Прошлым летом именно таким методом удалось изгнать тлю из капустной плантации.

Впрочем, крест на огуречной грядке был поставлен преждевременно. Одна плеть, благодаря тяге к отшельничеству, всё-таки уцелела. Не пожелав вместе с остальными сёстрами осваивать общее пространство, она в качестве жизненной опоры избрала растущую рядом яблоню.

 

Огуречно-фруктовое дерево.

 

И не прогадала. Листва дерева закрыла её от ядовитого рассола и такого же безжалостного солнца. Не остался в накладе и я. На календаре середина первого осеннего месяца, в соседних огородах сожгли ботву, а яблоня продолжает дарить аппетитные огурчики.

Мораль: народные средства борьбы с вредителями сада-огорода хороши, да не к каждому овощу они применимы. И главное - не пересолить.

 

Тайник в шишках

О появлении ёжиков можно судить по двум вещам - бесследно исчезающим яблокам и шороху. Вообще, весьма сложно на просторах Донецкого кряжа обнаружить ещё одно животное, которое бы производило столько шума. Не колючий зверёк, а маленький паровичок, который ещё издали объявляет о своём присутствии. Наверное, это у него в крови с доледникового периода, когда ежи жили бок о бок с косматыми мамонтами. Не дашь вовремя знать о себе - растопчут окаянные.

Учёт опавших яблок и груш я не веду. Наоборот, стараюсь «забыть» парочку-другую. А поутру на том месте нахожу похожие на птичьи отпечатки лапок и небольшие углубления.

Никогда не задавался целью - обнаружить тайник, куда ёжики прячут добычу. Заметят, что потаённое место раскрыто, разнервничаются. Начнут подыскивать новый схрон, а это - лишняя работа в преддверии холодов, когда каждая калория и каждый грамм подкожного жира на счету.

Однако позапрошлым вечером такой схрон я обнаружил. Причём, совершенно случайно. Перекуриваю поздним вечером, как обычно на своём НП, и вдруг слышу - кто-то под ёлкой шишками громыхает. Словно старый дед, который на печь никак не взгромоздится.

Ещё более ёжик раскряхтелся, когда я к нему вплотную приблизился. Но вместо того, чтобы попозировать к объективу задней частью повернулся: «На тебе, человече любопытный, фотографируй».

 

А ёжик просто устраивал тайник.

 

Но как я потом понял, сделано это не из чистого злорадства. Просто яблоко в шишках прятал, прикрыл его от посторонних глаз колючками. Правда, пролежало оно недолго. Похоже, современник мамонтов сообразил, что лучше его перепрятать или съесть, не сходя с места.

Какое именно решение ёжик принял, я так и не узнал. Только яблоко на следующую ночь исчезло, как и другие дары осени, которые я «забываю» на садовых тропинках.

 

Над отвалом Феникс пролетел

Природа неубиваема. Рвут её стальными челюстями карьерных экскаваторов, «ставят на уши» взрывчаткой, заваливают отходами и орошают всё это кислотными дождями, а она, подобно сказочному Фениксу, всякий раз восстает из пепла.

В качестве же наглядного подтверждения великой жизненной силы колыбели неразумного человечества может служить горный отвал на околице Докучаевска. Рукотворная гора, конечно, всего лишь жалкое подобие Эвереста. Но она, навалившись всей своей массой в полтора-два миллиона тонн на грудь земную, расплющила водоносные горизонты. Обезвожена и вершина отвала. Вешние ручьи здесь не задерживаются и на малый миг. Они скатываются к основанию горы, превращая её склоны в марсианский пейзаж. Особенно жутко смотрятся острые рёбра в начале осени, когда измученная засухой придорожная полынь не способна «разродиться» каплей росы. Зато здесь всегда пахнет пылью. Нет, не пылью вольных дорог Дикого поля, а затхлой, спрессованной, как это бывает в годами непроветриваемой комнате старого холостяка.

 

Здесь Феникс взмахнул крылом.

 

Но Феникс уже взмахнул крылом. Среди жёстких расщелин поселилась пара-тройка тополей. У растущих на благодатной равнине их сородичей маковки уже пытаются чесать животы низко ползущих туч, а эти замерли на одном уровне, подтверждая расхожее: «Маленькая собачонка и в старости - щенок».

Слазить бы, поглядеть вблизи на вцепившиеся в камни деревца, однако нет у меня ни снаряжения, ни альпинистской сноровки. Да и боязно. Чего доброго, обыватели поднимут на смех, который похуже ржавых вил будет.

 

Осиротели лозы виноградные

Грустное зрелище - оставленные без присмотра виноградные лозы. Здесь, в излучине Кальмиуса, где в зарослях крапивы тонут дачные домики, держится стойкий аромат браги. Он исходит от разбившихся в лепёшки янтарных груш и ягод «Изабеллы».

Виноград уродил щедро. Однако мы с водителем так и не осмелились воспользоваться дармовым угощением. Сотни, если не тысячи, ос облепили гроздья и теперь в открытую выражают негодование по поводу появления лишних ртов.

 

Виноградные лозы из речной излучины.

 

- Да они же поддатые, - изумился водитель. - Натрескались забродившего сока и охмелели. А с пьяными, тем более, кусачими гарпиями, лучше не связываться.

И действительно, обряженные в чёрное с золотым насекомые вели себя не лучше мужиков у пивной бочки. Только и того, что не матерились. А так - один к одному. Движения раскоординированные, гудят бестолково, а некоторые сцепились в поединке. Наверное, выясняют степень уважения окружающих к собственной персоне.

- Видит глаз, да зуб неймёт! - внезапно послышалось за нашими спинами. - Так и быть, помогу вашему горю. У меня и ножницы с собой... А откуда вы будете, и как в нашу пустошь забились?

По голосу и отсутствию бороды, можно было догадаться, что возникшее на дичающей тропинке существо - женского пола, но мужская рубаха, брюки с «разъехавшейся «молнией» и перегар утверждали обратное.

- Зовите меня тёткой или бабушкой Зиной, - развеяло наши сомнения существо. - Так вам винограду нарезать?.. Не стесняйтесь, здесь такого добра - хоть завались. Только успевай колотить брагу да вино. А хозяева, после того, как две крайние хибары снарядами разнесло, сюда и носу не кажут.

Но мы не стали утруждать тётку-бабушку. Уж больно назойливой она нам показалась. Того и гляди, спросит: «Вы меня уважаете?». Но может, и не от неё спиртным несло. Поди, разберись в этой забытой Богом речной излучине, от кого пахнет перегаром, от ос или от человека?


Сергей ВАСИЛЬЕВ
Читайте также: