В Горловке нашли способ решить квартирный вопрос для особо обездоленных

У воспитанниц семейного детского дома Татьяны Мирошниченко разные судьбы: квартира маленькой Жени находится под присмотром серьезных людей, а более взрослая Стания имеет всего лишь пятую часть в убитом доме, где вряд ли бросит якорь.

Служба по делам детей от имени горсовета Горловки предлагает горожанам, которые мыкаются без своего угла, арендовать жилье, закрепленное за детьми-сиротами или лишенными родительской опеки. В очередную партию квадратных метров попало три адреса. Власти честно предупредили: санитарно-техническое состояние квартир неудовлетворительное. Но, судя по телефонным звонкам, это не камень преткновения для тех, кто истинно нуждается в крыше над головой. Особенно страждущих привлекает убитое жилье с долгосрочным сроком аренды.

Убитые хоромы


Провожая из государственного детского дома в семью Мирошниченко 9-летнюю Женю, с девочкой передали все ее документы. Среди них была ксерокопия договора купли-продажи на ее имя двухкомнатной квартиры, а все остальные бумаги, которые узаконивали бы сделку, отсутствовали. У Татьяны с Игорем два кровных сына и пять приемных ребятишек, которые все вместе составляют семейный детский дом Мирошниченко. Судьбы маленьких горемык, конечно, разные, но все горькие, и лишь одна сиротинушка Женя оказалась девушкой хотя бы с намеком на приданое. Некогда ее безудержно пьющие родители продали дом в Донецке и, ухудшив жилищные условия, купили «двушку» в Пантелеймоновке. На вырученные деньги за полтора года они допились до могилы. Старший сын повторил их участь. Девочку государство взяло под свое крыло, а жилье (угловая квартира на пятом этаже «хрущевки»), оставшись без призора, обрастало коммунальными долгами и приходило в негодность.

- Мы проявили упорство и с большим трудом восстановили весь пакет документов на квартиру, оформленную на Женечку. Она стала полноправной собственницей недвижимости с долгами до четырех тысяч гривен. Перспективы от юридического владения жильем у сирот весьма призрачные, - считает Татьяна Ивановна. - Пока они вырастут, окажется, что владеть практически нечем. Такой старт способен вдвойне искалечить их несладкие жизни.   За несовершеннолетними, которые распределены государством по казенным углам, в городе числится около 500 квартир или домов. В большинстве из них живут родственники-алкаши или горе-ро­ди­тели, утратившие юридическое право на это ответственное звание. Чаще всего эта публика превращает жилье, которое в какой-то степени принадлежит и несчастным ребятишкам, в притоны и бомжатники. Таких примеров много, но даже в интересах обездоленных детей эффективно воздействовать на опустившихся совладельцев недвижимости государство не в силах. Те же Мирошниченко растят дочь-воспитанницу Станию, в родительском доме которой прописано вместе с нею пять человек. Круглая сирота, она по документам делит жилплощадь с тетями и дядями. Доведя стены до нежилого состояния, сами они предпочитают в них не находиться, но и не выписываются ведь! А девочке принадлежит по закону пятая часть убитых хором, в которые она никогда не войдет хозяйкой.

Весомое приданое


Теоретически в большем выигрыше оказывается ребенок, если взрослые признаны безвестно отсутствующими и, кроме него, на квадратных метрах никто не прописан. Но тогда жилье становится практически бесхозным, жэки или соседи сберечь чужое добро не в состоянии. В наследство совершеннолетнему сироте достаются руины, которым он, конечно же, не сможет дать ладу. При этом строительство жилья в городе на нуле: за вожделенным ордером в исполкомовской очереди можно тщетно простоять всю жизнь. Люди ищут любые возможности решить квартирный вопрос, а здесь, им навстречу, горсовет с обоюдовыгодным предложением.

- Сейчас за сиротами числятся порядка 15 пустых квартир, которые нуждаются в присмотре. Ребенок находится в детском доме или приемной семье несколько лет, а если продолжает учебу, еще дольше. Поэтому с нашего согласия и под нашим контролем, чтобы  жилье не пустовало, его могут занять те, кому негде жить. В счет арендной платы эти люди делают ремонт (причем прежде всего - для самих себя), на общих основаниях оплачивают коммунальные услуги и сберегают жилье для ребенка. Мы уже сдали девять квартир и увидели, что все стороны оказались в выигрыше. Впредь будем развивать эту практику, - сказала начальник службы по делам детей горсовета Горловки Людмила Ершова. - В договорах прописаны все нюансы, чтобы и сироту не обидеть, и соблюсти моральную и материальную справедливость в отношении арендаторов.

По словам супругов Ткаченко, они пошли этой дорожкой четыре года назад.  В Пантелеймоновском поссовете по списку на получение жилья Наталья 32-я. Очередь идет ни шатко ни валко, и каждый год она обязана представлять справку о месте регистрации. Семье с 10-летним сынишкой проще было бы снять нормальную благоустроенную квартиру, но где найти хозяев, которые согласятся прописать чужаков?! Выход подсказали в жэке. Дали длинный список сиротского жилья, одно непригляднее другого. Выбор пал на то, где стекла в окнах заменяли матрацы. По договору, оплачивая лишь коммунальные услуги, создали мало-мальски приемлемые условия для себя. Только немного обжились, как возвратилась хозяйка, которой исполнилось 18 лет. Пришлось съезжать. Следующей подвернулась квартира, о которой с Ткаченко вела переговоры заботливая Татьяна Мирошниченко. Думая о будущем Жени, она и к этой молодой семье отнеслась по-матерински.

- Здесь ничего не было, кроме ванны, которую удалось отдраить. Двери, батареи, электропроводку, сантехнику, газовую плиту - все купили и установили  сами. Взяли ссуду в банке, заняли у мамы,  свои руки приложили. Но когда поклеили обои, потекла крыша. В жэке помогли рулоном рубероида и битумом. Старались с мужем, как могли, а результат получили нулевой, - печалится Наталья. – На дом планируют поставить коллективный тепловой счетчик. Мы при поддержке Татьяны Ивановны тоже сдали деньги, но я очень переживаю. Когда квартира была нежилой, сосед снизу перекрыл стояк отопления, который идет на кухню. Мы там только газом обогреваемся, а теперь, получается, будут считать, что у нас полноценный радиатор?! Нет возможности переплачивать. По старым тарифам коммуналка съедала около 600 гривен в месяц. Новых еще не знаем, но с сентября будем ежемесячно переводить на счет Жени 100 гривен арендной платы.

Рядом с дальновидными взрослыми девочке и ее наиболее удачливым собратьям по сиротству не грозит унизительная бесприданная участь. Эксперимент, начатый горловчанами, набирает обороты. За счет арендной платы, аккумулированной в банке, повзрослевший ребенок под контролем службы по делам детей сможет расплатиться с арендаторами за расходы, связанные с благоустройством его квартиры. Или арендаторы приобретут сироте новое жилье. Или… Жизнь предлагает массу вариантов, и все они лучше, чем бездействие в квартирном вопросе, который продолжает калечить судьбы.

К слову, Стания, по здравому размышлению любящих родителей-воспитателей, без крыши над головой не останется. Впрочем, и ей, и Жене предстоят еще годы учебы, а значит, и заботы чутких людей. Пока суд да дело, семья Ткаченко будет иметь надежную крышу над головой. А там, глядишь, подойдет очередь на получение собственного жилья.


Ирина Коженцова. Фото автора.
Читайте также: